В июне 1986 года, ровно 40 лет назад, на базе гипербарического комплекса «Кролик» в Геленджике был поставлен рекорд, навсегда вписавший Южное отделение Института океанологии в историю мировой науки. Совместными усилиями сотрудников Института океанологии АН СССР и Института медико-биологических проблем МЗ СССР впервые в мире был произведён спуск исследователей на базе гипербарического комплекса на глубину 410 метров в кислородно-неоновой среде. Этот эксперимент, получивший кодовое название «Неон», не был повторён больше никем и до сих пор остаётся уникальным достижением.
«Это был потрясающий день. Была гордость за ребят и всех нас. У меня и сейчас перед глазами картинка: ребята «повесили» лист бумаги в атмосфере «Шара». И он, как в воде, висел и не падал. Зрелище фантастическое и противоестественное» – Тимур Гусейнов.
История этого прорыва началась в 1975 году, когда под руководством Павла Боровикова был создан первый гражданский водолазный комплекс «Кролик» с рабочей глубиной 350 метров. В 1983 году сотрудники Южного отделения во главе с Олегом Скалацким модернизировали комплекс, пристыковав к камере прочный корпус («Шар») от подводного аппарата, разрешенного к использованию на 45 атмосферах. Спуск был ограничен глубиной 410 метров, хотя потенциал неона позволял идти глубже.
Эксперимент «Неон» был не только технологическим, но и финансовым вызовом. Так, баллон кислорода стоил на то время около 9 рублей, гелия 60 рублей, а неона 2400 рублей (для сравнения, средняя зарплата врача в СССР в месяц была 150 рублей). Всего на исследования ушло 250 баллонов неона!
Суть эксперимента: ученые заменили азот в дыхательной смеси на тяжелый инертный газ — неон. Это позволяло смоделировать физиологические условия, которые возникли бы при погружении человека на глубину 1-1.5 км. Так в барокамере испытатели находились по трое суток на каждой ступени: 100 м, 200 м, 250 м, 300 м, 350 м, на максимальной глубине 400 м ученые находились один час, после чего совершили «подъём». Все длилось 30 дней, а час нахождения на глубине 410 м состоялся 10 июня.
Научным руководителем был профессор Абрам Генин — выдающийся учёный и организатор из ИМБП. Именно он предложил заменить гелий на неон в дыхательной смеси. Позднее неоном пользовались французы, но не как базовым газом смеси, а как ускорителем декомпрессии.
Цель: выяснить влияние высокой плотности газовой среды на физическую и умственную работоспособность в условиях длительного пребывания, а также сравнить воздействие неона и гелия (двое испытателей Вадим Семенцов и Александр Михненко погружались в шаре диаметром два метра на неоне, и Михаил Крылов и Юрий Матвеев в соседнем цилиндре на кислородно-гелиевой смеси, в т.н. «жилом комплексе»).
Комплекс «Кролик». Вид с парадного входа в камеру
Комплекс «Кролик» с пристроенным «шариком»
В результате давление было поднято до рекордных 40 атмосфер. И рекорд не побит до сих пор. Так, для неоново-кислородной смеси плотность газовой среды на 25–35 атмосферах примерно такая же, как в кислородно-гелиевой на 100–150 атмосферах (1–1.5 км).
Михненко А. и Семенцов В. в «ШАРИКЕ» проводят исследования на глубине 410 метров
Михненко А. и Семенцов В. в «ШАРИКЕ», 410 метров
Тимур Гусейнов:
Это был потрясающий день. Была гордость за ребят и всех нас. У меня и сейчас перед глазами картинка: ребята «повесили» лист бумаги в атмосфере «Шара». И он, как в воде, висел и не падал. Зрелище фантастическое и противоестественное.
Почему этот эксперимент был так важен?
Главная проблема при погружении на большую глубину — это плотность дыхательной смеси. С ростом давления дышать становится так же тяжело, как пытаться вдохнуть и выдохнуть воду. Это вызывает стресс, панику и ограничивает работоспособность человека. Гелий — лёгкий газ, решает проблему плотности, но при сверхвысоком давлении начинает оказывать наркотическое действие и вызывает высокочастотный нервный синдром, который ухудшает когнитивные способности. По словам Скалацкого, участника эксперимента, в камере при большом давлении разговаривать во время еды нельзя, риск моментально смертельно подавиться очень высок.
Неоновая же смесь позволила смоделировать "дыхание" на запредельных глубинах, оставаясь в относительной безопасности и без потери когнитивных способностей.
О.Н. Скалацкий - технический руководитель эксперимента, заведующий лабораторией ЛОГС.
И.П. Полещук ответственный врач эксперимента, заведующий лабораторией 133.
Исследователи из болгарского института мозга, руководитель Ирина Стоилова
Всё запишем и чем дышите и как работаете
Обработка полученных результатов на ЭВМ
Компьютеров не было, вместо монитора приспособили телевизор
Профили имитированного водолазного спуска
Полищук И.П.
Фотография на память
Пришли поздравить с окончанием эксперимента
Работы Генина, Скалацкого, Суворова на неоново-кислородной смеси и коллег стала фундаментом для будущих поколений акванавтов и учёных. Многие участники тех событий написали воспоминания, например, Тимур Гусейнов и Виктор Лавров.
Благодарим за предоставленную информацию и фото об эксперименте «Неон» Павла Степановича Спирькова, бывшего сотрудника ИО АН СССР, ныне работающего в ИМБП.
Фотографии Спирькова П.С.
Текст подготовили Сергей Смолицкий, Алиса Медведева.
Материалы предоставлены Павлом Спирьковым
